Портал о виноделии и виноградарстве

Взгляд со стороны на проблемы в молдавском виноделии

В отечественном виноделии масса проблем, но почему-то сами представители отрасли об этом молчат. О них решили заговорить бывшие работники Министерства сельского хозяйства и пищевой промышленности – экс-начальник отдела виноделия Ион Выртосу и экс-замминистра Эдуард Грама (оба с опытом в руководстве винодельческими предприятиями). В ситуации, когда дела — хуже некуда, а представители бизнеса — как замороженные, один из моих собеседников назвал их поведение молчанием ягнят.

По мнению Иона Выртосу, продвижение продукции (чем занимается Национальное бюро винограда и вина) имеет значение лишь тогда, когда базис отрасли обеспечивает возможность ее реализации на внешних рынках. Но при урожайности винограда 4 т/га не может быть и речи о конкурентоспособности на экспортных рынках по цене из-за высокой себестоимости продукции. Чтобы создавать конкурентоспособную отрасль, 70% труда и средств должно быть направлено на создание качественных высокоурожайных виноградников. И нужно определиться, сколько виноградников надо Молдове и каких, и чего мы вообще хотим – возврата на российский рынок, или повысить стандарты отрасли до европейских. Все говорят о том, что нужно сажать виноградники местных сортов. А сколько их должно быть? Это требует исследований, которые должны лечь в основу стратегии развития отрасли. В настоящее время у нас к ней любительское отношение, используя метод проб и ошибок. И, в зависимости от того, кто принимает решение, вектор может меняться на 180 градусов. А кто за это несет ответственность?

Одной из задач бюро, по словам собеседника, должно быть создание конкурентной среды в отрасли – групп производителей вина, которые бы сообща инвестировали в перерабатывающее оборудование. Для семи-десяти малых виноделен достаточно одной дробилки и одного пресса, чтобы использовать их совместно, как в Европе. Но у нас каждый хочет иметь все свое. Правда, за то время, пока будут окупаться такие вложения, Молдова рискует исчезнуть как винопроизводящая страна.

По Закону о винограде и вине, в регистр виноградников должны быть внесены все посадки площадью более 15 соток. Сегодня владельцы даже таких маленьких участков де-юре могут продавать свое вино, а де-факто нет, потому что они регистрируются в регистре производителей, а потом их навещают инспектора Госинспекции по надзору над алкогольной продукцией с проверкой и находят, что домашнее производство не соответствует требованиям. Но после этого крестьяне все равно его продают. В Молдове ежегодно собирают 400-450 тыс. т технического винограда. Винзаводы перерабатывают половину. Остальной виноград перерабатывают на вино в домашних условиях и продают нелегально. При этом у государства нет рычагов контроля ни качества этой продукции, ни получаемых от ее реализации доходов. Например, в Румынии любой крестьянин имеет право продавать свое вино лишь на основании протокола испытаний аккредитованной лаборатории. Государство хотя бы понимает, что происходит в этой нише, и может принимать обоснованные решения.

«Ни в одной стране нет сертификации массового столового вина, — отмечает Ион Выртосу. – Такие вина должны быть без недостатков и безопасными, остальное регулирует рынок. Нам тоже нужно определить минимальные требования для такого вина и дать людям возможность работать. Для местного рынка сертификация не нужна. Но зачем она для экспорта в страны, где наши сертификаты не признаются, — в Абхазию, Белоруссию, Казахстан, Россию? Сертификация имеет смысл, когда партнерская сторона признает данные сертификаты, как ЕС признает наши Vi1. Если страна импорта их не признает, то нашим производителям нужны только протокол испытаний аккредитованной лаборатории и декларация производителя о собственной ответственности. Предприятия вынуждают нести дополнительные расходы, а они даже не требуют этого отменить. Если у государства есть сомнения в качестве продукции, то есть госинспекция, чтобы проверять. Однако виноделы ничего не требуют, потому что разобщены. Каждый предприниматель думает, что у него есть своя «крыша» и действует в соответствии с этим. Они не могут идентифицировать свои общие интересы перед государством, потому что предпочитают по отдельности решать свои вопросы или не верят уже ни во что и никому».

Эдуард Грама назвал отсутствие объединения виноделов и их единой позиции самой большой проблемой в отрасли. «Они должны выработать общие предложения и лоббировать свои интересы. Но сегодня ни одна организация в отрасли не жизнеспособна. Об этом могу говорить с полной ответственностью, т.к. работая в министерстве и курируя виноделие, я не видел от них ни одного письма, просьбы или требования. Даже одно отдельное предприятие ни с чем не обратилось. И в НБВиВ тоже ничего не поступало, чтобы бюро могло представлять какую-то проблему от имени отрасли. Предприниматели по-прежнему думают, что они конкуренты друг для друга. Но в настоящее время конкурируют на уровне стран и корпораций. Все в мире объединяются, чтобы усилить позиции», — говорит бывший чиновник.

Он сравнил, как реагируют на вызовы представители производителей пива и вина. Когда Минсельхоз выступил с инициативой об увеличении акциза на пиво, производители пива начали писать письма в правительство, созывать совещания в Минэкономики, требовать. Виноделы не смогли даже настоять на снижении процентной ставки по кредиту из Filiera Vinului на закупку винограда этой осенью, средства для которого предоставил Минфин, минуя банки. Минфин запросил 4,5% годовых в евро, хотя от ЕИБ получает евро по 0,78% плюс EURIBOR – всего за 1%. В Минсельхозе было организовано письмо от имени виноделов, их пригласили его подписать, отправили в канцелярию премьер-министра, продвинули его для ускорения принятия решения. И когда премьер собрал представителей отрасли по этому вопросу и объявил, что ему удалось договориться с Минфином о снижении ставки до 3,73%, никто от бизнеса не сказал ни слова, хотя можно было добиться 3%, т.к. была подготовлена аргументация. Наверное, поэтому в Молдове за год продается 110 млн л пива, а всей алкогольной продукции на основе винограда – 16-17 млн л.

«Винодельческие предприятия до сих пор расплачиваются по кредитам, которые не смогли погасить из-за эмбарго 2006 г. Сначала они объясняли это политическим давлением, но с 2009 г., когда власть изменилась, они тоже не потребовали ни льготного кредитования, ни компенсаций убытков, ни увеличения субсидий (при этом ситуация в экономике в 2010-2013 гг. была не самой плохой). А производители фруктов, когда в 2014 г. случилось эмбарго, сумели за два года получить в качестве поддержки и субсидий больше, чем виноделы получили субсидий за 15 лет, потому что они подняли свою проблему как социально значимую. А в виноделии и виноградарстве в 2006 г. работало более 300 тыс. человек – больше, чем во всех политических партиях в республике. С кем ни говоришь, все плачут, но ничего не делают. Они исходят из того, что кто-то за них должен сделать. В винодельческом регистре зарегистрировано порядка 200 производителей. Если хотя бы 50 предприятий подписали бы обращение, представляя около 5 тыс. человек плюс их семьи – около 20 тыс. потенциальных избирателей, то ведь это — уже сила», — считает Эдуард Грама.

По словам собеседника, еще одна важная проблема отечественного виноделия – низкое внутреннее потребление вина. Не достаточно проведения Дня вина и Вернисажей вина, кстати, вернисажи он считает себя изжившими, т.к. не дают эффекта в продажах. Нужно проводить или фестивали вина вместо Весеннего вернисажа вина, или делать вернисаж специализированным – для рестораторов и официантов, представителей туристического бизнеса. Для потребителей должны быть массовые мероприятия на открытом воздухе. Но здесь есть другая проблема – нет площадки, кроме Площади Великого национального собрания, которая к тому же должна закрыться на реконструкцию. На уровне государственной программы надо создать для Кишинева площадку для проведения различных мероприятий. Также для увеличения продаж вина на внутреннем рынке нужно увеличить акциз на пиво и снизить цены на высококачественные вина.

«Даже 60 леев за бутылку вина в Молдове – дорого, — говорит Эдуард Грама. — Это цена бутылки водки или шести бутылок пива. Но и ниша более дешевых вин на разлив тоже не развита. Низкое внутреннее потребление не позволяет нам развиваться или хотя бы иметь стабильность на уровне экспорта. Мы гонимся за внешними продажами, а это приводит к ошибкам. От продаж зависят и наши проблемы с виноградниками, т.к. для этого нужны инвестиции. Но если мы в ближайшие год-два что-то не изменим в виноградарстве, через 10 лет останемся без качественных виноградников. В начале 2000-х мы безалаберно относились к тому, что сажаем, где берем саженцы, мы не развивали правильно молдавское питомниководство. Лет 15 назад было принято требование о производстве безвирусного посадочного материала, но постоянно приказом Минсельхоза делались послабления на год. С 2016 г. уже не разрешается производить саженцы не свободные от вирусов и закладывать ими виноградники. Но за эти годы ни один производитель не перешел на производство безвирусного посадочного материала, т.е. мы не развили собственное производство качественных саженцев. При этом проблема и в том, что мы завозили. Но и в этом направлении со стороны виноградарей и виноделов нет желания сотрудничать. Чтобы изменить ситуацию, отдел виноделия Минсельхоза и НБВиВ предложили включить в программу субвенционирования на 2016 г. увеличение частичных компенсаций на посадку виноградников местных технических сортов в пять раз – до 100 тыс. леев/га и европейских технических сортов в три раза – до 60 тыс. леев/га (пока не известно, будет ли принято). Из-за неэффективных виноградников у нас высокая себестоимость продукции, следовательно, низкая конкурентоспособность и соответствующие продажи.Если бы бутылка молдавского вина стоила в магазинах $1,99 (за рубежом) или 40 леев в Молдове, мы бы продавали больше».

Ион Выртосу так же считает, что бутылка хорошего местного вина должна стоить порядка 40 леев. Иначе нас просто завалят импортным вином по такой цене.

Ангелина Таран